54

 
 

Как стало известно от небольшой горстки охранного подразделения пустых казарм, личный состав 7-го полка в составе 24-й Железной дивизии 7 мая также был поднят по тревоге и своим ходом на БТРах, а танки на трейлерах, убыл через границу в Польшу.

Облачась в полевые гимнастерки, танкисты заступили в караул по охране всех объектов гарнизона. Прошли сутки. Смены нет. Подъехал сверхсрочник старшина и объяснил, что стоять в карауле до смены придется целую неделю. Потом мы были подменены курсантами Львовского военно-политического училища и другими сборными подразделениями.

Ночью разразилась гроза. Ливень, раскаты грома, молнии были такими мощными, казалось, что мы не в казарме, а на Тучинском танкодроме во время ночных стрельб.

Утром по тревоге подъем, построение, перекличка. Команда: полевую форму снять, парадные мундиры надеть. Через 15 минут на плацу в парадных мундирах с черными погонами мы выстроились подтянутые, не знающие расхлябанности бывшие курсанты. Последовала команда «по машинам». Грузовики длинной колонной потянулись на Львовский аэродром.

После проверки пограничниками списков прибывшего личного состава нас повели к транспортным самолетам Ан-8. Час лету - и посадка в Польше. Военный аэродром в Като-вицах. Мы по команде покинули самолеты и расположились на траве недалеко от сооружений диспетчерской службы. Потом команда «по машинам» - и под Рыбник. Узнали, что там находится штаб дивизии.

Возле населенного пункта у Рыбника спешились. Привели в порядок парадную форму и молодецким строевым шагом с песней танкисты парадным строем прошагали мимо местного населения.

То тут, то там неслись слова: «То не есть простые жолне-жы, то есть отборные войска».

В лесу, на поляне у штаба недолго дожидались. Названы фамилии, переданы списки сопровождающим и по проселочным дорогам и лесным просекам мы направились к своим полкам, батальонам, экипажам.

Большой лесной заповедный массив был забит бронетехникой. По просекам поротно стояли БТРы, танки, батареи ар-

 
 

54